• Главная
  • Дело акушеров ЦГБ: из экспертизы «ушли» документы, подтверждающие вину врачей
17:16, 1 декабря 2016 г.

Дело акушеров ЦГБ: из экспертизы «ушли» документы, подтверждающие вину врачей

Эксклюзив

Спустя 10 месяцев Ворошиловский районный суд Ростова-на-Дону возобновил слушания по гражданскому иску ростовчанина Анатолия Крикушенко к роддому ЦГБ. Именно столько длилась судебно-медицинская экспертиза, оценивающая действия акушеров при родовспоможении сынишки ростовчанина.

Напомним, ростовчанин обвинил акушеров роддома ЦГБ во врачебной ошибке, результатом которой стала инвалидность его ребенка.

Без четверти 10 семейная пара Анатолий и Светлана открывают двери Ворошиловского райсуда Ростова.

«Нас должен пригласить секретарь, пока ждем. Думаю, будет «весело», - говорит Анатолий, глядя, как в помещение суда входят оппоненты — сама завотделением роддома ЦГБ Зинаида Евсеева с адвокатом. - Еще должны прийти представители бюро СМЭ (судмедэкспертизы — прим. автора)».

судВорош

судВорош

Наконец все в зале суда. Судья просит выйти свидетелей. Первое ходатайство звучит со стороны истца: «Просим приобщить к делу два заключения рецензоров, которых не оказалось в заключении СМЭ».

Сторона ответчиков возражает, но суд удовлетворяет заявленное ходатайство.

Первой держит слово Светлана Митряева, которая рожала в ЦГБ 12 марта 2015 года и которая настаивает на том, что акушеры силой выдавливали ее ребенка, а до родов поставили капельницу с окситоцином, чтобы вызвать родовые схватки. И первое и второе — противозаконные действия.

«Я рожала уже третьего ребенка. Двое моих детей совершенно здоровы. Я прекрасно знаю, как протекают роды. Поэтому 12 марта, когда рожала третьего ребенка, сразу почувствовала что-то неладное. Меня положили в палату. Вошла медсестра с капельницей. На вопрос, что за лекарство, она коротко ответила: «Окситоцин». Схватки все не начинались. С самого начала мне к животу прикрепили КТГ. Потом просили дышать животом, так как что-то неладное было с сердцебиением ребенка. Схваток все не было. Я просила врачей сделать мне кесарево, чтобы не потерять ребенка, но мне сказали: «Не выдумывай — сама родишь». Уже в родовом зале мне стали давить на живот, Зинаида Петровна Евсеева стояла рядом, а роды принимал ее муж, хотя сейчас они всё это отрицают. Уже после мы прочитали выписку. А там было написано, что при родах врачи использовали вакуум-экстракцию», - вспоминает Светлана.

Справка:КТГ (кардиотокография) – анализ жизнедеятельности плода с фиксированием частоты его сердцебиения в спокойном состоянии, движении, при любых сокращениях матки и влиянии других раздражителей.

Адвокат семьи Екатерина Маркина показывает Светлане вакуум, но женщина отвечает, что она не видела в руках доктора Евсеева этот предмет.

судКиви

судКиви

Адвокат отмечает, что вакуум-экстрактор не фигурирует в истории родов. Это недешевый прибор — он стоит более 10 000 рублей. И он подотчетный, а не списан.

Далее встает вопрос, почему суду и экспертам медики роддома ЦГБ предоставили не полную запись с КТГ — роды длились шесть часов, и эта запись могла бы пролить свет на многое.

Впрочем, как выяснилось в суде, профессору кафедры акушерства и гинекологии Ростовского государственного медуниверситета Марине Курочке и этого вполне хватило, чтоб сделать экспертный вывод — акушеры роддома ЦГБ должны были сделать роженице кесарево сечение в промежутке с 12.20 до 14.00 (Светлана родила в 15.10 — прим. автора).

Однако в представленном отчете СМЭ эксперта по фамилии Курочка не оказалось. Как так?

«Мне на кафедру из СМЭ принесли документы и попросили сделать рецензию», - заявляет суду Марина Курочка.

Судья: «Вас что-то смутило в документах?»

«Если честно, я никогда раньше такого не видела. По документам одно, а КТГ четко показывает страдания плода в период с 12-ти до 14-ти часов. Акушерам в это время нужно было принимать решение по кесареву сечению. Я увидела аномалию родовой деятельности», - пытается не говорить медицинскими терминами Марина Курочка.

Дело акушеров ЦГБ: из экспертизы «ушли» документы, подтверждающие вину врачей, фото-3

На словах о страданиях плода из глаз Светланы Митряевой непроизвольно начинают литься слезы.

Далее эксперт твердо указывает на врачебную ошибку и говорит, что написала рецензию, за которой «ножками пришла» лаборант СМЭ.

А вот почему же рецензии Курочки нет в предоставленном СМЭ документе, перед судом уже отвечает представитель ведомства, судмедэксперт Игорь Киркин.

«Мы обобщили результаты рецензий, рецензия Марины Курочки отличалась от всех представленных. Поэтому мы вынесли ее рецензию в так называемое «Особое мнение». И это особое мнение было в документе, которое подписали все эксперты, а Курочка не подписала», - парирует Игорь Киркин.

судКиркин

судКиркин

Марина Курочка спокойно отвечает: «Да, я не стала подписывать сей документ, потому что мое, особое, как вы выразились, мнение было в этом документе выражено не полностью. Рецензию сильно урезали».

Вот так из заключения испарился один эксперт. С другим, известным в медицинских кругах неонатологом Нателлой Землянской, вообще произошло «чудо чудное».

«Мне из СМЭ принесли документы. Я писала на них рецензию. Оценивала действия неонатологов, отвечая на поставленные вопросы: почему ребенок таким родился? Я ответила, что это связано с тяжелыми родами, результат тяжелых родов», - рассказывает в суде Нателла Землянская.

Судья: «По вашему мнению, была оказана некачественная помощь?»

Землянская ответила: «Да. Внутриутробно ребенок был здоров и были все предпосылки, чтоб он родился здоровым».

В отличие от своей коллеги, эксперт Землянская «засыпала» суд медтерминами, но потом «перевела». Не было никакой внутриутробной инфекции, отчего могут родиться больные детки. Это показала и гистология плаценты. Мнения этого эксперта в заключении судмедэкспертизы нет вообще. Почему?

Игорь Киркин и его начальник Ашот Погосян в унисон заявляют, что документы уважаемому эксперту Землянской никто не передавал для рецензии. Поднимают учетную книгу СМЭ — там роспись Землянской в получении тех самых документов.

«Ее не было в списках наших экспертов», - настаивают на своем Киркин и Погосян.

Выходит, чужие документы «гуляют» по рукам без всякого контроля, и как-то совершенно случайно целая кипа медицинских бумаг и справок заглянула в гости к Землянской. На этот вопрос Ашот Погосян лишь пожимает плечами: «За 21 год моей деятельности документы не пропадали».

Хотя о пропаже речи и не велось. Наоборот, эксперт их «нашла», потратила несколько дней на изучение, написала рецензию в майские праздники... ради своего удовольствия.

Когда для дачи свидетельских показаний в зал вошла завотделением роддома ЦГБ г-жа Евсеева, медицинские страсти кипели вовсю. Зинаида Евсеева «сошлась в бою» с Мариной Курочкой. Последняя показывала ей КТГ и говорила: «Ну вот смотрите, вот же страдания плода! Нужно было делать кесарево».

судКурочка

судКурочка

А первая невозмутимо вторила: «Это не страдания — это родовые схватки».

В итоге Марина Курочка рекомендовала Зинаиде Евсеевой засесть за учебники, а не браться принимать роды.

Судья же всем собравшимся рекомендовала продолжить слушание «дела акушеров ЦГБ» через пару дней.

В общем, прогнозы истца Анатолия Крикушенко о «веселье» вполне себя оправдали.

«От врачей роддома ЦГБ идет жесткая фальсификация фактов», - резюмирует Анатолий, который, как и большинство простых россиян, верит в справедливость суда.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
#делоакушеровЦГБ #роддомЦГБ #суд #АнатолийКрикушенко
0,0
Оцените первым
Авторизируйтесь, чтобы оценить
Авторизируйтесь, чтобы оценить
Объявления
live comments feed...