Бакст, Бенуа, Рерих, Головин, Судейкин, Серов, Добужинский, Ларионов, Гончарова, Сера, Пикассо, Матисс, Брак, Утрилло, де Кирико… Что общего у этих весьма разных художников, кроме времени, в которое они жили? То, что все они в какой-то момент поработали на «отца» Русских сезонов Сергея Дягилева—человека непростого, а порой и вовсе невыносимого, но обладающего удивительной художественной интуицией.Работы их были столь яркими, что живописная основа иногда строила сам образ спектакля, превращая актёра в подвижную часть декорации. Подобный подход полностью менял представление о балете, как об искусстве, где внимание зрителя концентрируется на танцорах — эти спектакли заставляли любоваться костюмами балета, искусно выставленным светом, удивительной гармонией декораций, нарядов, музыки и танца.

В костюмах и декорациях художников не было желанного Дягилеву обещания скандала, но был вкус, историческая правда и спокойная элегантность.

Задумывая свои «сезоны», Дягилев не имел точного знания, какими именно должны быть его представления, но был уверен, что они должны восхищать, поражать и шокировать, а значит, ему нужны самые смелые хореографы, самые умелые танцоры и, конечно, самые лучшие художники, чтобы создать костюмы и декорации, каких ещё не бывало.

Лектор – магистр исторических наук Павлов Сергей Владимирович